Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Лукашенко нельзя назвать даже младшим партнером Путина». Кит Келлог о роли Лукашенко в переговорах США и России
  2. На первую половину вторника объявили желтый уровень опасности из-за заморозков
  3. «Минсктранс» похвастался новыми троллейбусами-гигантами, в комментариях люди стали писать о проблемах городского транспорта. Каких?
  4. Цены на некоторые продукты в Беларуси резко подскочили, но кое-что и подешевело. Какие товары изменили цену сильнее всего
  5. Гигантская волна рухнула с гор и убила тысячи человек. Речь не о Непале — эта катастрофа случилась в Европе в ХХ веке
  6. «Кто без машины, тот на первый рейс не попадает». Как пользователи отреагировали на проблемы с «Яндексом» в Беларуси
  7. Беларусский футболист забил шесть голов за один матч
  8. «Может, и войны избежать удастся». Лукашенко заговорил о сотрудничестве с Литвой и Польшей
  9. Трамп призвал Украину сменить президента. Зеленский ответил на это своим предложением
  10. Шесть лет назад Лукашенко встречался с лидерами оппозиции в СИЗО КГБ. Тихановский рассказал неизвестные подробности
  11. ВСУ уничтожили еще один дата-центр «Яндекса». В Беларуси невозможно пользоваться Yandex Go
  12. Макс Корж произнес одну из своих самых длинных антивоенных речей на концерте во Франкфурте
  13. Представитель НАТО назвал цифры российских потерь в Украине за прошлый месяц


/

В американской Кремниевой долине развивается мода на так называемую «генетическую оптимизацию» — использование технологий ЭКО и генетического скрининга для отбора эмбрионов с предполагаемым высоким интеллектом (IQ), пишет The Wall Street Journal.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

Математик Цви Бенсон-Тилсен, семь лет изучавший, как избежать угрозы от продвинутого искусственного интеллекта (ИИ), пришел к выводу, что остановить опасное развитие технологий пока невозможно. Теперь он сосредоточился на другой идее: вырастить более умных людей, которые смогут справиться с этой угрозой. Он и его единомышленники считают, что отбор эмбрионов с высоким интеллектом может стать одним из способов.

В Калифорнии уже работают компании вроде Genomic Prediction, Nucleus Genomics и Herasight, предлагающие генетическое тестирование эмбрионов. Стоимость таких услуг — от 6 тысяч до 50 тысяч долларов. Родителям дают прогноз не только по рискам заболеваний, но и по предполагаемому IQ. Например, Симона и Малкольм Коллинз выбрали для беременности эмбрион с низким риском рака и с максимальной вероятностью очень высокого интеллекта.

Некоторые семьи подходят к выбору эмбрионов как к сложной математической задаче: составляют таблицы с параметрами здоровья и интеллекта, рассчитывают «баллы» и выбирают победителя.

При этом ученые предупреждают, что точность прогноза интеллекта пока низкая — разница в среднем 3−4 балла IQ, а высокие показатели могут сопровождаться повышенным риском, например, аутизма.

Этическая сторона вопроса тоже вызывает споры: критики видят в ней угрозу появления «генетической касты» богатых, а сторонники говорят о праве родителей делать осознанный выбор. При этом многие в Кремниевой долине к идее «генетического отбора» относятся прагматично — от IQ-тестов в детских садах до услуг элитных свах, подбирающих партнеров с высоким интеллектом для будущего «генно-одаренного» потомства.

Кроме того, некоторые считают, что создание большего числа гениев поможет человечеству сделать искусственный интеллект безопасным или даже убедить мир отказаться от его опасных форм.