Несколько расследований, которые касаются деяний, совершенных представителями белорусских властей, в данный момент ведутся в Польше. Речь идет о пострадавших от действий силовиков во время протестов, вспыхнувших в Беларуси после президентских выборов в августе 2020 года, пишет Deutsche Welle.
Расследования начаты в рамках механизма так называемой универсальной юрисдикции. Он предусматривает, что государства могут возбуждать уголовные дела вне зависимости от места совершения преступления, гражданства обвиняемых и потерпевших, если речь о преступлениях против человечности, геноциде, массовых избиениях, пытках, международном терроризме.
Польская прокуратура исключила публичность при ведении этих дел. Детали расследований и имена жертв не разглашаются. Однако на вопросы DW согласился ответить Томаш Вилиньский, один из адвокатов пострадавших. Он входит в правление фонда Европейского института прав человека White-Red. Ответы польского юриста публикуются с небольшими сокращениями.
DW: Г-н Вилиньский, почему вы решили взяться за дела, обвиняемыми по которым проходят представители нынешних властей Беларуси?
Томаш Вилиньский: В первые дни после президентских выборов августа 2020 года в Минске был задержан брат моего друга и меня попросили выяснить, что с ним случилось, обеспечить его безопасность, защитить и вернуть в Польшу. В течение следующих часов я уже был его представителем, а потом — и других поляков и белорусов. После возвращения поляков, задержанных в Минске, было проведено их медицинское освидетельствование, я подготовил уведомление о преступлениях, совершенных спецслужбами режима Лукашенко, таких как пытки или заключение с особыми издевательствами.
Национальная прокуратура Польши быстро инициировала судебное разбирательство. Потерпевших по этому делу почти 10 человек. В настоящее время эта процедура приостановлена из-за невозможности получения данных и актов из Беларуси. Но я надеюсь, что в связи с моим последним заявлением с доказательствами и указанием точных данных о лицах, совершивших преступление, предоставлением документов МВД Беларуси, в том числе предписаний, отданных конкретным подразделениям, уголовное дело будет возбуждено, а виновные окажутся в списках Интерпола с красной отметкой.
Помимо этих, я веду более десятка других уголовных дел (связанных с Беларусью. — Ред.), которые находятся на разных стадиях производства. В том числе, это дела о принудительной посадке в Минске самолета авиакомпании Ryanair, торговле людьми (имеется в виду организация белорусскими властями миграционного кризиса на границе с Польшей и Литвой. — Ред.), незаконных угрозах, лишении свободы с особыми отягчающими обстоятельствами, нападении на гражданских лиц по признаку их национальности и убеждений, преступной агрессии и совместной ответственности за военные преступления, геноцид и преступления против человечности, совершенные в Украине (путем предоставления территории РБ российской армии для ударов по Украине. — Ред.).
— Кто может быть привлечен к ответственности за эти деяния?
— В своих заявлениях я указал роль и ответственность членов организованной преступной группы вооруженного характера, совершающих преступления в целях реализации государственной политики, представляющей собой политический терроризм, поддерживаемый государственным терроризмом. В нее входят Александр Лукашенко, Иван Тертель (глава КГБ), Николай Карпенков (экс-глава ГУБОП, ныне замминистра МВД), Артем Балаба (боец ОМОН, сын командира Минского ОМОНа Дмитрия Балабы), Михаил Сорокин (главный инспектор главного управления отряда милиции особого назначения МВД Миноблисполкома) и многие другие.
Также я указал данные силовиков из Жодино, Минска, Гродно и других городов, которые непосредственно пытали, насиловали и совершали другие отвратительные преступления в отношении задержанных в ходе белорусских протестов.
— Насколько распространена в Польше практика расследования уголовных дел в рамках универсальной юрисдикции?
— В рамках универсальной юрисдикции возможно, например, ведение дел о преступлениях, указанных в Римском статуте Международного уголовного суда (МУС), если преступления были совершены против интересов Республики Польша или если лицо, совершившее такие преступления, находится в Польше или решение о его экстрадиции не принято. Это сложные, требовательные и чрезвычайно длительные процедуры.
Завершить такие разбирательства предполагаемым образом удается не всегда, а иногда они висят годами. Часто такие разбирательства зависят от политической воли правителей, от так называемой realpolitik или других факторов. Но это не значит, что не нужно заниматься этими вопросами, наоборот. Сейчас мы находимся на этапе, когда во многих странах поданы десятки заявлений (против представителей белорусских властей. — Ред.), собрано много доказательств.
— Насколько реально в рамках этих уголовных дел привлечь к ответственности виновных?
— На рассмотрении находится резолюция Совета Европы, обязывающая государства-члены этой организации создать условия для созыва трибунала или международного суда по делам о преступлениях режима Лукашенко или заключения соответствующих соглашений. На мой взгляд, такой трибунал должен быть создан самим Советом Европы или, по крайней мере, напрямую связан с его секретариатом.
Необходимо также начать расследование и создать трибунал для рассмотрения преступления агрессии, совершенного Союзом Беларуси и России в Украине. Юристы, которые как и я документируют, расследуют и собирают информацию о доказательствах этих преступлений, должны быть приглашены для обсуждения трибуналов или международных судов.
Отдаю себе отчет, что такие расследования и разбирательства занимают много лет, иногда даже десятилетий, и привлечь к ответственности и, как следствие, наказать виновных — дело непростое. Но это возможно. Достаточно посмотреть дела Слободана Милошевича, Ратко Младича, Йовича Станисича, Франко Симатовича и многих других.
Однако меня беспокоит, что Комиссия международного права ООН в документе «Иммунитет государственных должностных лиц от иностранной уголовной юрисдикции» опускает преступную агрессию как вид преступления, которое позволяет иностранным судам преследовать в судебном порядке иностранного президента, премьер-министра или общественного лидера. Нет сомнения, что эта тема требует серьезного обсуждения.
— Сталкивались ли вы с угрозами в свой адрес, после того как взялись за белорусский кейс?
— Да. Мне даже многократно угрожали смертью, я столкнулся с ненавистью, нападениями и реальной опасностью, но я не собираюсь делать ни шагу назад. Я намерен довести эти дела до вынесения окончательного приговора по чудовищным преступлениям Лукашенко.