Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. ВСУ уничтожили еще один дата-центр «Яндекса». В Беларуси невозможно пользоваться Yandex Go
  2. Беларусский футболист забил шесть голов за один матч
  3. Трамп призвал Украину сменить президента. Зеленский ответил на это своим предложением
  4. Представитель НАТО назвал цифры российских потерь в Украине за прошлый месяц
  5. Бывшая уборщица купила коттедж в элитном районе Минска, который изначально стоил почти миллион долларов
  6. Шесть лет назад Лукашенко встречался с лидерами оппозиции в СИЗО КГБ. Тихановский рассказал неизвестные подробности
  7. «Может, и войны избежать удастся». Лукашенко заговорил о сотрудничестве с Литвой и Польшей
  8. «Минсктранс» похвастался новыми троллейбусами-гигантами, в комментариях люди стали писать о проблемах городского транспорта. Каких?
  9. «Кто без машины, тот на первый рейс не попадает». Как пользователи отреагировали на проблемы с «Яндексом» в Беларуси
  10. Гигантская волна рухнула с гор и убила тысячи человек. Речь не о Непале — эта катастрофа случилась в Европе в ХХ веке
  11. Трамп заявил, что Украине пора сменить президента
  12. Макс Корж произнес одну из своих самых длинных антивоенных речей на концерте во Франкфурте


/

Диагноз «рак» меняет жизнь человека не только физически и эмоционально — он может влиять и на поведение, включая склонность к преступлениям. Новое исследование показывает, что в первые годы после постановки диагноза люди с раком значительно чаще сталкиваются с уголовными обвинениями, даже если ранее не имели криминального прошлого, пишет Science Alert со ссылкой на исследование, опубликованное в журнале American Economic Journal: Applied Economics.

Сериал „Во все тяжкие“ (Breaking Bad). Фото: IMDB
Сериал «Во все тяжкие» (Breaking Bad). Фото: IMDB

Название этого явления — «эффект „Во все тяжкие“ (Breaking Bad)» — связано с популярным сериалом, по сюжету которого учитель химии, узнав о своей неизлечимой онкоболезни, начинает заниматься наркобизнесом. Правда, в реальной жизни пациенты с раком обычно не заходят так далеко, как герой сериала Уолтер Уайт: чаще всего их правонарушения связаны с мелкими кражами или хранением наркотиков. Однако даже такие проступки могут иметь серьезные последствия для самих пациентов, их семей и пострадавших.

Чтобы изучить этот феномен, команда экономистов проанализировала данные из нескольких государственных регистров Дании, включающие информацию о демографии, трудовой активности, образовании, доходах, имуществе, здоровье и криминальной истории. Исследование охватило 368 317 человек, у которых был диагностирован рак в период с 1980 по 2018 год. Сопоставив медицинские и криминальные данные, ученые смогли сравнить поведение пациентов с контрольной группой людей без диагноза рака.

Первый год после постановки диагноза не демонстрирует роста преступности — напротив, показатели преступлений у пациентов снижаются. Исследователи связывают это с интенсивным лечением, таким как лучевая или химиотерапия, а также с необходимостью часто находиться в больнице.

Однако уже через два года после диагноза вероятность столкнуться с уголовной ответственностью начинает расти, превышая исходный уровень до болезни. Этот эффект усиливается в течение пяти лет, после чего сохраняется на высоком уровне еще около пяти лет. В среднем у пациентов риск обвинения в преступлении после постановки диагноза увеличивается на 14%.

Ученые исследовали возможные причины этого явления. Среди них может быть потребность в деньгах из-за повышенных расходов на лечение. Кроме того, шанс устроиться на работу снижается на 1,5% уже в год постановки диагноза, а трудоустроенные пациенты сокращают часы работы и получают меньший доход. Наибольшая связь между раком и преступностью наблюдалась у тех, кто испытывал наибольшее снижение дохода.

Кроме экономических, исследователи выявили рост насильственных и других неэкономических преступлений, что указывает на дополнительные психологические и социальные факторы. Вероятность ранней смерти после диагноза также ослабляет сдерживающий эффект наказания, снижая страх перед долгосрочными последствиями.

Эффект был сильнее у пациентов с низкой пятилетней вероятностью выживания, рассчитанной с учетом типа рака, возраста, пола и семейного положения. Последствия от него может смягчить развитая социальная поддержка.